Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах
Перейти на главную страницуНа Каннском фестивале, который закончился 19 мая, прессе заранее показали фильм закрытия — "Человек, который убил Дон Кихота" Терри Гиллиама. Егор Беликов — о том, почему режиссер потратил полжизни на одну картину.
Начнем с главного: картину "Человек, который убил Дон Кихота", современное переложение романа Мигеля Сервантеса, режиссер Терри Гиллиам ("12 обезьян", "Бразилия", "Монти Пайтон") задумал еще в 1989 году. Съемки неоднократно запускались и приостанавливались, деньги сначала долго не находились, а потом очень быстро заканчивались. Несколько актеров, в том числе исполнитель главной роли, просто выбыли из проекта (Джонни Депп и Юэн Макгрегор), некоторые из них даже с концами, в смысле умерли (Жан Рошфор и Джон Херт, им автор и посвятил готовую картину).
И сейчас мучения Гиллиама еще не окончены: один из продюсеров, Паулу Бранку, попытался было начать судебные тяжбы за права на фильм и тем самым сделать невозможным его показ на Каннском фестивале, где картина представляется в качестве фильма закрытия, но все закончилось благополучно, и показ состоялся на завершающемся уже Каннском фестивале — 2018. Причем итоговый вариант фильма предваряет титр о том, что права Бранку на "Человека, который убил Дон Кихота" не нарушены. Сам Гиллиам тоже "попытался" сорвать премьеру, загремев во время фестиваля в больницу с инфарктом, но все же вылечился и явился на пресс-конференцию.
Параллель между самим Гиллиамом и его Дон Кихотом в фильме так же очевидна, как в другой внеконкурсной работе, "Доме, который построил Джек" Ларса фон Триера (даже названия похожи, забавно получилось).
Главный герой (Адам Драйвер) — тоже режиссер. Он, подгоняемый своим продюсером (Стеллан Скарсгард), снимает в Испании авторемейк своей студенческой артхаусной работы о Дон Кихоте, только в этот раз его наняли для производства дурного рекламного ролика. Пытаясь найти вдохновение для такого неинтересного проекта, он отправляется по местам, где он когда-то в юности сделал свою первую картину, в ту самую деревню, в которой нашел непрофессиональных актеров на роли Дон Кихота, Дульсинеи, Санчо Пансы и прочих.
Там выясняется, что Панса спился и умер, Дульсинея, вдохновленная работой в кино, уехала из деревни в поисках лучшей жизни и, кажется, стала проституткой, а Дон Кихот (Джонатан Прайс), бывший престарелый сапожник, сошел с ума, решив, что он действительно рыцарь Ламанчский. Он почти что силой заставляет пойти с собой сопротивляющегося режиссера, в котором Дон Кихот признает своего верного Санчо, и они отправляются в сюрреалистическое путешествие по испанским предгорьям и горам.
Фильм у Гиллиама получился такой, что по нему, конечно, заметно: он и переделывался, и переписывался уйму раз. К середине он почти целиком распадается на отдельные эпизоды-скетчи, как у "Монти Пайтон", совмещенные почти исключительно одним и тем же приемом: герой Адама Драйвера в очередной раз падает и бьется головой или же просто засыпает. Затем приходит в себя и оказывается в очередной кретинской ситуации. К концу же появляется нелепый антагонист, русский олигарх, владелец водочной компании Mishkina Vodka, который требует, чтобы его постоянно развлекали (герой Стеллана Скарсгарда в этот момент сравнивает его с Трампом), после чего все переодеваются в костюмы и начинают водить вокруг него хороводы.
Жаль, что при этом действие напоминает телевизионный новогодний капустник, разве что никто не поет песни на музыку советских композиторов (и слава богу). В том числе есть появление "звездного гостя" в камео — испанской инквизиции, которую, как известно, никто никогда не ждет. Иногда даже хочется думать, что Гиллиам все это не всерьез и понарошку (а он действительно снял фильм-шутку, никаких оскорблений чувств верующих в Дон Кихота здесь нет): так, например, есть довольно несмешная сцена, где русский олигарх заставляет свою девушку вылизывать ему сапоги.
Нет, конечно, история создания этой картины все же примечательнее, чем сам фильм. Собственно, о производстве "Человека, который убил Дон Кихота" уже сняли отдельное кино, документалку под названием "Затерянные в Ла-Манче", очень классную, кстати. Зато стало окончательно понятно, почему же Терри Гиллиам так уперся в идею доснять это кино. Просто сама история съемок все больше и больше походила на оригинальный роман Сервантеса: Гиллиам, как последний рыцарь печального образа, все барахтался в производственном аду, потому что для него почему-то было чрезвычайно важно доделать и выпустить никому уже не нужный фильм. Это кинематографическое рыцарство, совершенно не свойственное современным постановщикам, само по себе внушает уважение.
Изначально Мигель Сервантес писал "Дон Кихота" как пародию на многочисленные рыцарские романы, полные пафоса и детских понятий о чести и справедливости. Что ж, "Человек, который убил Дон Кихота" — это пародия на пародию, материал второго порядка, в котором искажены уже все известные нам сюжетные ходы. Но это не плохо и не хорошо. Только так и могло быть, если фильм делали так долго, что за это время успели народиться и вырасти критики, которые этот фильм обозревают.
Наконец, легко можно предположить, что "Человек, который убил Дон Кихота" — это уже очередное для Канна-2018 кинозавещание. Дон Кихот, по его словам, не может умереть, ведь он последний благородный рыцарь на свете. Так же и Гиллиам, свидетель классического комедийного кинематографа, снимает свое неряшливое, хаотичное и устаревшее кино о том, что не обязательно быть самым популярным постановщиком на планете Земля, что амбиции порой не столь важны, что, по выражению из "Вишневого сада", дело надо делать.
Проще говоря, этот фильм — он не про рыцарей, которых вообще сейчас очень нечасто встретишь на экранах, он сделан в не менее благородном жанре кино о кино. Это попытка проанализировать, что же есть такое режиссура. По версии Гиллиама, это и есть современное донкихотство, тотальное отрицание неприглядной реальности в угоду собственному представлению о ней. Режиссер каждый раз метафорически надевает латы, берет копье и садится на коня, то есть пишет сценарий, ищет актеров и в очередной раз отправляется снимать то, чего нет, — кино. Он делает одни и те же действия снова и снова, надеясь на разный результат, а это, как известно, и есть первый признак сумасшествия.
Пока нет даты премьеры в России